?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Мы решили поместить в наш блог статью, подготовленную к 60-летию ИжГТУ-ИМИ, чтобы рассказать об истоках театра "МЧ".

"Богема"

В 1969 году вокруг студента- старшекурсника Машиностроительного факультета Александра Дорфа собралась небольшая кучка его знакомых, которым мало было «только учиться» (а кому не мало «только учиться» в студенческие годы?), им хотелось еще чего- то. Причем, на сцене. Надо сказать, что ИМИ этим отличался и прежде. За год до этого прекратил свое существование институтский СТЭМ, которым руководили В. Гольдфарб и В. Панагушин. Прекратил в связи с тем, что руководители углубились в науку (и, надо сказать, немалого на этом пути достигли). А до этого СТЭМа были еще и знаменитые КВНы, где механики проявились, как люди на сцене и в юморе весьма неслучайные, чем неоднократно расстраивали гораздо более гуманитарный ВУЗ – УГПИ, побеждая его в КВН. Вот эту традицию (не перманентное расстройство будущих педагогов, конечно, а интерес к юмору и к сцене) и продолжили на Машиностроительном факультете. Назвались «Творческое околоискусственное объединение «Богема». За это название ругали немало, но переименования удалось избежать. «Богема» появлялась только на смотрах художественной самодеятельности, но с неизменным успехом (может быть как раз потому, что редко появлялась). Появлялась, наверное, потому, что в советское время юмора не хватало (да разве только юмора?), а необходимость в нем была немалая. Поскольку взять юмор в то время было особенно неоткуда, приходилось почти все делать самим. Правда, когда что- то все-таки находилось, то с удовольствием брали в работу. Так в «Богеме» впервые в Ижевске (а может быть и не только в Ижевске) был сыгран Хармс, который был практически запрещен, во всяком случае не рекомендован. Но в основном все сами, сами, сами. Были два премьера - актера (Александр Житков и Виталий Цупрун), были два пишущих (Александр Дорф и Евгений Столов), которые были не то, чтобы авторами, а, как бы, авторами. Их так и называли: «какавторы». И был Боря Бендерский (ныне Борис Яковлевич Бендерский, доктор, профессор), который помогал то тем, то другим. По обстоятельствам. Но на сцену артистами выходили все. Очевидцы помнят, что попасть на смотр х/с, в котором участвовала «Богема», было непросто. «Богему» любила даже военная кафедра. На одном из смотров Виталий Цупрун так вдохновенно играл свою роль отчисленного, но отчаянно вравшего студента, что после его слов: «Приезжаю в институт, а у входа - почетный караул: вся военная кафедра стоит, один к одному! Орлы!» в зрительном зале неожиданно, но очень внятным командирским голосом раздалась команда: «Товарищи офицеры!», и весь шестой ряд, где сидели преподаватели военной кафедры встал «Смирно!» к восторгу всех остальных зрителей. Популярность, как всегда, имела и свою обратную сторону. Директор ДК «Октябрь» просто запретил пускать в свой дворец самодеятельность механического института потому, что желающие попасть на «Богему» сломали входные двери, и даже жюри не могло пройти, и протискивалось через кочегарку. Несколько отвлекаясь, очень хочется немного рассказать об отношениях к нам преподавателей. Например, студент Цупрун круглый год ходил в одной и той же фланелевой рубашке: стирал и снова надевал. Причем, 4 пуговицы сверху всегда были расстегнуты. Преподаватель Щуклин даже сказал ему как- то: «Цупрун, застегни две пуговицы, экзамен поставлю!» Цупрун застегнул. Щуклин поставил. (Скажем в скобках, что, если бы преподаватель не был уверен в знаниях своего студента, этой красивой истории бы не случилось). И еще одна история, связанная с Виталием Цупруном. Во время подготовки к одному из смотров в аудиторию старого корпуса около спортзала, где, несмотря на то, что шел уже двенадцатый час ночи, в полном разгаре шла репетиция «Богемы», нагрянул ректор института Н.В. Талантов. Он, как потом оказалось, в эту пору этажом выше работал над своей докторской диссертацией. Ректор поинтересовался, во-первых, что здесь происходит? во - вторых, совместимо ли искусство с теми словами, которые он слышал, и, в – третьих, не пьян ли студент пятого курса Кудрявцев? Получив ответы на все вопросы и проведя короткую, но понятную беседу, ректор ушел, а студент четвертого курса Цупрун (единственный, кто во время всего инцидента сохранял настоящее мужское хладнокровие) недовольно поинтересовался: «Это кто был?» (Я напомню, что он был тогда студентом четвертого курса). После этого был такой хохот, что мы стали ждать второго пришествия ректора. Но обошлось..
Конечно, в ИМИ, как и во всех ВУЗах, были комсомольская, профсоюзная и все положенные организации, но ценилось больше другое. То, что делалось не по решению инстанций, а по инициативе самих студентов, как бы идиотически, порой, это ни выглядело. Например, уже когда был построен 2-ой корпус (его тогда называли «новый», а тот, что на ул. Горького - «старый»), студенты машиностроительного факультета летом, после Госэкзаменов, перед самым началом работы приемной комиссии закатывали по ступенькам второго корпуса огромный валун 2,5 метра в диаметре и заваливали им двери, в которые абитуриенты должны были нести свои заявления о приеме в институт. Но тем самым и проверяли абитуриентов, как тогда говорили, «на вшивость»: если для поступающего это преграда, то ему в ИМИ делать нечего. Этот валун увозили за 20 км, закапывали в землю, но в тот же день через год следующий курс снова заваливал им вход в институт. А весь асфальт перед 2-м учебным корпусом «без 5 минут инженеры» (оставался только диплом) записывали мелом и рисунками, где давали настоящие, но не всегда безукоризненные с точки зрения субординации характеристики преподавателям, деканам, родному ВУЗу, вахтерам, друг другу и кому угодно. Их вызывали, их наказывали, их отчисляли за 5 минут до окончания (правда, ненадолго), но ничего не помогало. К чести общественных организаций института нужно сказать, что они не слишком рьяно с этим боролись (видимо, потому, что сами состояли из бывших механиков).
А когда «богемоты» позаканчивали институт, ОК ВЛКСМ устроил им на прощанье большой творческий вечер под названием «5 лет около искусства» и выписал командировки на «Юморину» в Одессу (видимо, секретарь по идеологии О.К. Шибанов уже тогда понимал, что на этом дело не кончится). Дорф получил диплом и стал инженером механического завода, а в последствии Главным Конструктором этого завода и Почетным гражданином города Ижевска. На тот же завод отправился и Цупрун. Про Бендерского уже сказано - аспирантура, защита, потом еще одна, а вот получил ли диплом Житков, точно сказать трудно. Столов же никак не мог успокоиться и организовал институтский СТЭМ «Ижмехсмех». Впервые «Ижмехсмех» был явлен миру в 1975 году, 1 апреля. Богема

«Ижмехсмех»

«Ижмехсмех» скоро понял, что вариться в собственном соку, значит развиваться очень медленно, а потому по согласованию с руководством института и при покровительстве того же ОК ВЛКСМ организовал фестиваль СТЭМов, на который постепенно стали съезжаться коллективы со всей страны. География фестиваля, который назывался «Весна на Студенческой улице», была от Еревана до Вологды, от Бреста до Владивостока, от Симферополя и Фрунзе до Калининграда, включая московские ВУЗы (МИФИ, МАИ, МАТИ, МИРЭА), то есть практически вся страна. В жюри этого фестиваля пригласили известных ленинградских писателей- сатириков Семена Альтова, Виктора Биллевича и Михаила Мишина. При таком серьезном жюри дела «Ижмехсмеха» вначале были не блестящи: 1978 год- только третье место, пропустив вперед Горьковский ТЭМП(театр эстрадных миниатюр политехников), впервые выступавший в том году на нашем фестивале - конкурсе и Фрунзенский политех. Но уже в следующем году мы с ТЭМПом поделили 1-2 места. На следующих же фестивалях «Ижмехсмех» был только первым. Причем, Семен Альтов даже предложил нам для постановки свою пьесу «Зал ожидания», что мы с удовольствием и с трепетом осуществили. Кроме того, «Ижмехсмех» становился лауреатом студенческих театральных фестивалей в Москве, Казани, Вильнюсе, Донецке, Свердловске, Перми, Горьком. В 1980 году театру было присвоено звание народного, а в 1982 году коллектив стал лауреатом премии Комсомола Удмуртии.
Фестиваль «Весна на Студенческой улице» просуществовал до 1983 года, и участники ехали сюда с удовольствием, а зрительный зал был всегда полон. Ижевск в эти годы был столицей студенческого юмора, а ИМИ - его Alma mater. Горьковский ТЭМП даже привез лозунг «ИМИ гордится страна!»
Но страна в лице ее организующей и вдохновляющей силы- КПСС к счастью не очень- то и знала про этот фестиваль. СТЭМы были не в чести у власти потому, что с момента своего появления отличались свободомыслием, а отсюда было совсем недалеко и до инакомыслия. Но от Ижевска, практически закрытого провинциального города, этого никто не ожидал, и Ижевск свой шанс тогда не упустил, поддержав инициативу ИМИ. Об уровне фестиваля говорит, например, тот факт, что когда в 1981 году ЦК ВЛКСМ решился и провел официальный конкурс СТЭМов всего Советского Союза на приз журнала «Студенческий меридиан», то места там распределились точно так же, как на состоявшемся в том же году, но месяцем раньше нашем фестивале: 1 место- «Ижмехсмех», 2- пермский театр «Арлекин», 3- горьковский ТЭМП. Лучший актер фестиваля – наш Игорь Селетков. А председателем жюри того официального фестиваля был не кто-нибудь, а сам М.М.Жванецкий. Для _Механика
Только после этого власти спохватились, и «Весна на Студенческой улице» 1983 года стала последней. Нам объяснили, что фестиваль «очень отвлекал студентов от учебы».
Фестиваль прикрыли, но это не помогло: «Ижмехсмех» набрал силу и сдаваться не собирался. Тем более, что и в стране что- то часто стали меняться генсеки, и весной веяло уже не только на «Студенческой улице». Ветры перемен надули еще один всесоюзный фестиваль. В 1987 году в четырех городах - Хабаровске, Алма-Ате, Волгограде и в Донецке проходили отборочные этапы, где по 20 участников в каждом определяли шестерку лучших для участия на следующий год в финале конкурса. Ижевск переименовали в Устинов, но нас переименовать не удалось (хотя попытки были). Мы пробились в финал с первого места на своем этапе, оставаясь «Ижмехсмехом». И в 1988 году 24 лучших СТЭМа СССР съехались в Донецк. В итоге «Ижмехсмех» снова оказался лучшим со спектаклем «И так каждый день» по собственному сценарию (авторы Б. Ватлин и Е. Столов). Кроме того «Ижмехсмеху» присуждены призы «За лучший сценарий», «За лучшую режиссуру», «За лучший актерский ансамбль». Донецк 88 Вот что писали о нас серьезные люди из Государственного института искусствознания: «Театр честно и предельно реалистично, не отрывая взора от человека и абсурдного мира в их соприсутствии, показал, что мы себя не знаем. С точки зрения эстрадных «правил», «Ижмехсмех» работал «на грани фола», но такое, возможно, и входило в его планы потому, что этим представлением студенческий коллектив прощался со своим стэмовским прошлым. Эстрада абсурда трансформировалась в театр абсурда, к которому участники пришли через самоиронию и самоописание стэмовского искусства. И не было ничего удивительного, что затем последовали постановки по произведениям Чехова, Достоевского и Зощенко» (Самодеятельное художественное творчество в СССР. Очерки истории. Конец 1950- начало 1990 годов. Коллектив авторов. Государственный институт искусствознания. С.- Петербург, 1999 год, с.302.)
Да, потом начался уже не стэмовский период. Был спектакль «Мелюзга» по произведениям А.П.Чехова, потом «Привет, друзья» по произведениям М.М.Зощенко, с которым «Ижмехсмех» вошел в тройку лучших уже не СТЭМов, а драматических любительских театров страны по итогам последнего всесоюзного фестиваля любительских театров в 1991году. К этому времени народный театр «Ижмехсмех» ижевского механического института на весьма приличном уровне прошел все стадии самодеятельного театра, даже был одним из героев серьезных исследований (М.В. Юнисов, Мифопоэтика студенческого смеха (СТЭМ и КВН), изд-во Государственного института искусствознания, Москва, 1999 год.,) .

«Молодой человек»

Надо было двигаться дальше, тем более, что к тому времени в коллективе уже было несколько человек с профессиональным театральным образованием. А у ИМИ появилась потребность в создании новой кафедры, кафедры Культурологии, и ректор предложил главному режиссеру театра, выпускнику ИМИ и инженеру с 12-летним стажем, но закончившему к тому времени еще и режиссерский факультет Московского Высшего театрального училища им. Б.В.Щукина при Государственном Академическом театре им. Е. Б. Вахтангова, порешать эту проблему. Не вдаваясь в подробности, скажем, что проблема была решена, кафедра создана, и Е. Столов руководил ею на протяжении 17 лет, а параллельно - созданным профессиональным театром. Мэрия и родной институт пошли навстречу: первые дали официальный статус, а второй – возможность играть в помещении своего дворца студентов «Интеграл». Театр пополнился выпускниками театральных институтов, и в Ижевске появился муниципальный молодежный театр «Молодой человек». Название это возникло в связи с тем, что своими зрителями театр хотел видеть всех молодых людей, независимо от возраста. Т.е. от 10 до 180 лет, которые никак не соглашались воспринимать себя в соответствии со своим возрастом. За время своего существования театр отмечался на фестивалях профессиональных театров УР во всех номинациях: "За творческий поиск в режиссуре" и " Лучшая актерская работа" ("Вишневый сад" А. Чехова) 1997 г.; " Режиссерская работа" (за оригинальность режиссерского языка спектакля К. Драгунской "Навсегда - навсегда") 2000 г.; "Лучшая режиссерская работа" и приз "Надежда" (спектакль "Мертвые души" Н. В. Гоголя) 2002 г.; "Лучшая работа художника" (за сценографию и костюмы к спектаклю "Бесы" Ф. Достоевского) 2004 г.; "Лучший спектакль" (спектакль "Мотылек" по произведению П. Гладилина) 2008 г., "Лучшая режиссерская работа"(Спектакль "Мальчиш-Кибальчиш", 2012)